Холод оплетающий по ногам и рукам был уже настолько привычен, что он забыл каково это - ощущать тепло. Сегодняшняя ночь была последней, когда он не пил таблетки, ровно в четыре утра пришлось встать на ноги, окинуть взглядом эту скромную спальню, с портретами детей, фотками, где сияли их лица от первых нейропортов и небольших замен, а потом со стонами умирающей твари кинуться к белой коробке с таблетками. Он перерывал фарм - препараты, вчитывался в названия, шипел под нос точно змей, эти темные, злые проклятья, вот до чего доводила Пса мигрень. Наконец - то раннер одержал победу, он ухватил блистер, выдавил одну большую капсулу, запил её водой из старого куллера, а потом вновь рухнул в постель, растянувшись точно звездочка по покрывалу.
Сердце билось медленно, без спешки, антимигренин уже вошел в кровь, начал раскидываться сетью сосудов по телу, дошел до головы и сцепив в последний раз челюсть, так точно готовился к прямому хуку с левой, Гарольд облегченно выдохнул. Боль отступила.

Нервное тиканье часов синхронизировалось с суматошным дерганьем под правым глазом, причем тик был настолько мощным, что кажется его правая щека дергалась вместе с тем место, где должно было быть веко. Благо теперь красный визор его искусственного глаза, стоп, не искусственного. Благо теперь красный визор его новой плоти был не мягкой, органической кожей из тонких мясных пластин и эпителия.
  - Выдыхай, - грубый, низкий, точно рык из трубы голос наконец - то прозвучал, - да, выдыхай.

Тогда - то Пес и поднялся на ноги, стремительность времени с возрастом начала поражать, он моментально посетил душевую ячейку, долго скоблил опасной бритвой по лицу, глядел в собственное отражение, отмечая неидеальность собственной плоти доставшейся ему при первом рождении. Недовольная гримаса засияла в зеркале, ему захотелось сцедить слюну и плюнуть прямо в отражение. Интересно, какая детская патология крылась за этой нелюбовью к мягкому мясу собственного тела?
Вишневая дорогая рубашка из синтетического шелка, облегающие ноги штаны, недорогие, но красивые ботинки и конечно же ножны, для любимого его сущностью ножа. Хорошее оружие, которым раннер привык пользоваться почти каждый день. Автор был бы очень груб, если бы оставил это фамильное, как именовал его Пес, оружие без внимания, а потому : лезвие его было длинным и широким, точно нож для рубки мяса, размером с самое настоящее предплечье взрослого, крепкого мужчины. Перекрестье для того чтобы существовал упор в случае удара, и рукоять с пупырками, чтобы нож не скользил в руке.

Нетраннер покинул собственный дом, оставив серые стены небольшой башни позади. Утро было ранним, только недавно сошел токсический туман, позволив людям наконец - то выйти на пробежку со своими пушками и автоматами. Черное пальто согревало, позволяя двигаться в этот февральский день с особым удовольствием и теплотой в сухих боках.
Мимо проносилась уличная жизнь, еще пустынная, но уже существующая.
Раннер шагал не быстро, сунув руки в карманы и опустив голову, так что черная прядь волос зализанных назад, свисала со лба. По правую руку от него несся хайвэй, слева виднелись какие - то зачатки строительной территории. Шел он в небольшой бар Хивес, просто потому что там у него была назначена встреча. Выбор пал на это место по той причине, что там была неплохая лаунч зона с симуляцией верхушек гор, правда без температурных изменений, а вид гор, которых своими глазами он никогда не видел, ибо были они ныне ниже башен в дорогих районах Сан - Франциско, его всегда налаживал на верный тон и настроение.

Он встретился глазами с барменов, обменялся кивками, мужчина заказал себе недорогой сэндвич, но дорогой кофе а потом ушел в отдельную комнату, где как раз таки и располагалась эта замечательная комната с славной симуляцией.

Гарольд присел на мягкий диван, тело обтянул комфорт, залезая чуть ли не в душу, наличие которой последователь великого хрома конечно же отрицал, но сомневался в этом, как и каждый разумный прямоходящий. Он набрал воздуха в легкие, достал сигареты, закурил, при помощи поверхностной сети включил вытяжку, доступ имелся, и наконец - то начал лицезреть эту бесконечно прекрасную картину.

Симуляция переносила гостей на вершину Эльбруса, здесь было чертовски холодно, солнце висело настолько высоко, что казалось вечным стражником здешнего верхнего мира. Горы, заледеневшие холмы и обрывки бумажных скал, снег летящий во все стороны и скромная тропка пройденная одиноким странником со старым, дедовским ружьем. Все это отражалось в вогнутых стенках - экранах, еще секунда и система включила звук. Завывания ветра. И звук стоп идущих по высоким ухабам снега.
Внутри оказался человек, поставивший на кофейный столик заказ. Осталось только дождаться гостью, если ему не изменяла память, её свежие новости и более детальное описание дела, которое могло сыграть на руку данному господину и его будущему подельнику в делах столь теневых и скрытых.